Пир-Панджал. 1925 г.
Холст на картоне, темпера. 65,7 х 97,9 см.
Частное собрание. Нью-Йорк, США

Рерих Н.К. Алтай – Гималаи. III. Пир-Панджал. (1925).
    Где проходили орды великих монголов? Где скрылось исчезнувшее колено Израилево? Где "Трон Соломона"? Где пути Христа-Странника? Где зарево шаманского бон-по – религии демонов? Где Шалимар – сады Джахангира? Где пути Памира, Лхасы, Хотана? Где таинственная пещера Амарната? Где тропа великого Александра к забытой Таксиле? Где стены Акбара? Где учил Асвагоша? Где созидал Авантисвамин? Где твердыни Чандрагупты Маурьи? Где мудрые камни царя Ашоки? Все прошло по Кашмиру. Здесь древние пути Азии. И каждый караван мелькает, как звено сочетаний великого тела Востока.
    Здесь и песчаные пустыни на пути к Пешавару; и синие вершины Сонамарга; и белые склоны Соджи-ла. И в полете орлов тот же неутомимый дух; и в резвых конях то же непреклонное движение. И мир роз и шалей кашмирских не похож на забытый и скрытый мир кашмирских клинков. (…)
    Самое большое озеро Вулар, самое красивое, самое грозное. Две ночи опасно било лодку о глинистую отмель. Еще остались бы, еще поработали бы, но "ковчег" может треснуть. На этом озере все привлекательно. Весь сияющий снегами Пир-Панджал – на западе. Густые горы – на север и восток. Даль Шринагара – на юг. Перед закатом поднимается изумительная Валгалла над Пир-Панджалом, а утром – кристально-синие горы востока. На отмелях стада, и каждый конь виден на далекой мели, так воздух небывало прозрачен. На восточной отмели виден островок. На нем развалины храма и, бывает, сидят размышляющие садху и факиры. Мир религии в Кашмире менее заметен.
    Детали разрушенного храма на островке могут быть перенесены в любой романский собор. Много ходили готы и всюду посеяли свой стиль. Украшения женских шапочек напоминают готские фибулы. Только не красная эмаль, а красные стекла вставлены в медную оправу. (…)
    Живем на взгорьях Пир-Панджала. Грозы сплошные, ослепительные, по трое суток. Град в голубиное яйцо. Звезды – как свечи! Землетрясения – каждую неделю. В Сибири есть такие городища на крутых буграх, опоясанные гремучими потоками. Кедровые и сосновые рощи сурово хранят эти жилья, а высоко сверкают белые шапки гор. Дятлы, горлинки, иволги, мускусные бараны и горные козлы. Так и живем в желтом, некрашеном рудовом домике. Если солнце – все напоено хвоею, но если гроза... Трое суток свирепо грохотало и ослепляло ночью. Кольцо молний! И неслись ливни, и град сразу белил все зеленеющие бугры. Грозно!