Дочь викинга. 1910 г.
Фанера, темпера. 42 х 51 см.
Государственный музей искусства народов Востока. Москва, Россия

    Корни рода Рерихов (др.-скандин. — "богатый славой") древние, датско-норвежские. Николай Константинович с глубоким интересом изучал историю Скандинаских стран, их роль в истории и культуре России. Он оценивал это "северное" влияние как позитивное, имевшее целью мирное сотрудничество и культурное взаимообогащение.
    Во второй половине 1900-х гг. художник создает целый ряд полотен, посвященных скандинавской тематике: "Бой" (1906), "Песнь о викинге" (1907), "Могила викинга" (1908), "Триумф викинга" (1908), "Песнь о викинге (Светлой ночью)" (1909), "Варяжское море" (1909-1910), "Дочь викинга" (1910), "За морями — земли великие" (1915). Первые шесть картин составили сюиту "Викинг".
    В 1907 году семья Рерихов провела лето, путешествуя по Финляндии и Карелии. Николай Константинович непосредственно соприкоснулся с историей и жизнью северных народов. Это нашло отражение в его художественном и литературном творчестве (вспомним, например, сказку "Гримр-викинг", написанную в духе северной саги).

Рерих Н.К. Радость искусству / Собрание сочинений. Книга первая. М.: Изд-во И.Д. Сытина, 1914.
    Глубины северной культуры хватило, чтобы напитать всю Европу своим влиянием на весь X-й век. Никто не будет спорить, что скандинавский вопрос — один из самых красивых среди задач художественных. Памятники скандинавов особенно строги и благородны. Долго мы привыкали ждать все лучшее, все крепкое с севера. Долго, только ладьи с пестрыми парусами, только резные драконы были вестниками всего особенного, небывалого. Культура северных побережий, богатые находки Гнездова, Чернигова, Волховские и Верхне-Поволжские — все говорит нам не о проходной культуре севера, а о полной ее оседлости. Весь народ принял ее, весь народ верил в нее. И опять нет никакого основания считать северян дикими поработителями родоначальников Новгорода. Доказательство простое — все оставленное ими умно и красиво. Они жили неведомо как, но во всяком случае жили долго и жили так, что истинное художество им было близко. (…)
    От жизни осталась одна пыль, от целой грозной кольчуги остался комок железа — из него трудно развернуть всю прежнюю ее величину, и незнающему трудно поверить, что найден не скучный археологический хлам, а частица бывшей, подлинной прелести. Всему народу пора начать понимать, что искусство не только там было, где оно ясно всем: пора верить, что гораздо большее искусство сейчас скрыто от нас временем. И многое — будто скучное — озарится тогда радостью проникновений, и зритель сделается творцом. В этом — прелесть прошлого и будущего. И человеку, не умеющему понимать прошлое, нельзя мыслить о будущем. Сказочные Hallristningar`ы северных скал, высокие курганы северных путей, длинные мечи, тяжелые фибулы, держащие узорные одежды, заставляют любить северную жизнь. В любви к ней может быть уважение к первооформленному.

1908